В центре зала за длинным столом сидели люди. Сам Зорька очутился на возвышении, вроде как на сцене, на которой стояло несколько кресел. Невысокий человек поднялся со своего места и предложил гостю присесть.

  - Чувствуйте себя как дома. Пользуясь правом председательствующего, открываю наш Совет. Желающим - слово.

  Пока Зорька устраивался, мальчуган, встретивший его, спустился в зал и занял место за столом Совета. Рядом с ним сидели ещё два мальчика, разве что чуть старше возрастом. Зорьку такой состав немного озадачил. Один из мальчуганов поднялся со своей скамейки.

  - От имени младших приветствую землянина и желаю ему счастья быть здоровым.

  Когда он сел, поднялась девушка из соседней, старшей группы:

  - Мне приятно приветствовать гостя в Центральном совете. За несколько дней пребывания на Поле он вошёл в нашу жизнь, как равноправный член общества. Присутствие на Поле сына Земли вызвало заметный подъём активности нашей молодёжи. Спасибо за помощь в строительстве Дома молодёжи.

  Слово взял серьёзный человек:

  - Хочу проинформировать гостя, что с первого мгновения, как он был обнаружен на Поле и как только уяснился факт случайного захвата, наша планета была заторможена. Таким образом, вы получили возможность, не тратя громаду Планетного времени, разобраться в нашем образе жизни и получить от нас полезную информацию. Выбранная форма общения была самая продуктивная для вас и вашего сознания.

  - От имени старейшин, - поднялся следующий член Совета, - заверяю гостя, что мы поддержим любые ваши требования и осуществим любые материальные затраты для их выполнения. Сейчас наша планета терпит повышенное энергетическое напряжение ввиду того, что находится в очень невыгодном временном режиме. Желательно, чтобы окончательное решение поступило не позднее завтрашнего дня...

  Не помнил, как вышел из зала Совета, как машинально надкусил яблоко.

  - Ну, что? - с волнением бросилась к нему Алана.

  - Я думал, ваш Совет - это... это страшно. Знаменитые люди, политики, строгий народ... Но там были дети и молодёжь.

  - Да. Это одарённые дети. И разве подрастающее поколение не должно жить заботами своей цивилизации?

  - Тебе будет трудно у нас.

  - Думаю, тебе у нас тоже нелегко. Потом, я ведь приду в хорошо изученный мир, а ты знаешь о нас так мало. Скажем, догадываешься ли ты о веренице современных проблем? Знаешь ли ты, к примеру, что такое эстетизированная лень? Так вот, это такое состояние современных людей, когда самые красивые чувства, движения души переселяются из области естественных инстинктивных проявлений в область мыслительных реакций. Проще - когда предпочитают любить в мыслях, чем наяву. Вот почему твой приход всколыхнул молодёжь.

  Невольно улыбнулся.

  «Значит, я у них вроде эталона, - подумал. - Ну, наших бы сюда самцов - Носа, Волка. Зараза, нигде не знаешь - где выиграешь, где проиграешь. Дома украдкой поглядывал на женские ножки, оказывается - правильно делал. Странный народец. Доживёшься, что не будет тянуть в постель, вот тебе и конец цивилизации. Эталон... А если эталон, то чего легко отпускаете? Ну, сказали бы: на Земле, дескать, и без тебя таких полно, оставайся у нас, так сказать, для развода. Ты нам нужен».

  - А если я останусь? - спросил, теряясь. Девушка светло посмотрела в глаза:

  - У тебя есть право выбора.

  - А если тебе не понравится и придётся возвращаться? - спросил.

  - Нет. Ушедшему теперь вернуться не дано. Пола перейдёт в Мировой режим. На пороге осень.

  Зорька вздохнул.

  «Если у них есть суд, то самый гуманный суд, какой можно себе представить. Достаточно преступника оставить на уютной планетке и перейти в Мировой режим. Но что может быть ужаснее этого!..»

  - А где сейчас Рикадо? - спросил, не зная к чему.

  Рикадо оказался дома. Он разложил на столе какие-то приспособления и тонким световодом вырезал из металла что-то наподобие остроги.

  - А! - воскликнул обрадованно. - Смотри, что я придумал! Все эти современные подводные ружья не доставляют никакого удовольствия. Нет, древние знали в этом толк. Махнём завтра на охоту?

  Зорька подмигнул Алане, показывая на её брата. Девушка ответила понимающей улыбкой.

  - Не буду вам мешать.

  - Так ты на какой остров собрался? - откровенно заговорил Зорька, проводив девушку взглядом. И, не дожидаясь ответа, подсел ближе к Рикадо. - Слушай, расскажи что-нибудь об Острове Сбывшихся Желаний!

  - Остров Сбывшихся Желаний! - удивился юноша. - Сам ты разве о нём не слышал?

  - Слышать слышал. Но, может, ты бывал на этом острове?

  - Нет, меня туда не тянет.

  - Что, так уж страшно?

  - Нет, говорят.

  - Что - нет?

  - Ну, не страшно. На исповедь у Светлейшего нужно решиться.

  - И туда нужно добираться вплавь?

  - Нет, почему? Это просто россказни.

  В комнату заглянула Алана.

  - Извините.У меня для тебя сюрприз, - поманила Зорьку.

  Спустились на первый этаж, прошли в пустой зал. Тяжёлые занавески разъехались, открыв прозрачный куб. Вспыхнул тонкий, как нить, луч света, и куб ожил, наполнился реальным объёмным миром.

  Какое-то горное селение. Узкая дорога и домик у скалы. Эффект был настолько поразительный, что Зорька невольно привстал. Алана легонько придержала его.

  - Послушай, всё это происходило реально на твоей Земле. Более того, с твоими предками. Автоматы лишь расшифровали информацию наследственной памяти и подвергли редакционной обработке те места, где нельзя было точно восстановить эпизод. Первобытные истоки расшифровываются тяжело, но они не требуют сложных психологических мотивировок.

  С жадностью смотрел в куб.

  Представление исчезло и появилось снова. Какой-то старик за грубым столом. Белые волосы, борода и брови тоже совсем белые. Но у него весёлые глаза, глаза человека, не таящего своих чувств.

  Длинные худые пальцы ловко справлялись с работой, и дерево под остриём его ножа стружка за стружкой сбрасывало многочисленные одеяния, чтобы открылось взгляду то, что было скрыто даже от солнца.

  - Учитель, - окликнул резчика прохожий. - Твой сын вернулся с пашни.

  Старик кивнул, поблагодарив за новость, торопливо убрал инструмент и заторопился из дома.

  Крепкий парень встретил его на улице, с поклоном пригласил отца во двор.

  - У тебя радость, сынок? - спросил старик, глядя на молодца доверчивыми любящими глазами.

  Они прошли мимо гостеприимно распахнутой двери, уединились в саду, где уже начинали цвести фруктовые деревья.

  - Ты прав, отец. Я хочу поделиться с тобой.., - сказал сын, но ещё некоторое время собирался с духом. - С детства я люблю малину. Ягода напоминает мне маленькое ласточкино гнездо. В эти дни, на пашне, ко мне пришли интереснейшие мысли. Я подумал, что счастье - оно тоже, как ягода-малина, состоит из многих зёрнышек-крупиц. И тут важно, чтобы крупицы эти вызрели одновременно, не обгоняя и не отставая одна от другой. А их ведь много, этих крупиц: работа и любовь, здоровье и дети, близкие нам люди, дом и вещи. Всё это подобралось, но их ведь надо ещё скрепить...

  Сын замолчал. Было заметно, что он чувствует душой нечто большее, чем сказал, и то, что слова не передавали состояния его души, заставило его умолкнуть.

  - Я рад, - сказал старик, - что твой труд на пашне не обогнал твой труд в голове. Твои зёрна выспевают равномерно. И ты, безусловно, прав, что только сознание наше способно собрать все крупицы в одно целое - человеческое счастье.

  Сын склонился, поцеловал отцу руку...

  «Они переложили всё на мои плечи. - Мысль эта уколола больно, остро. Губы растянулись в презрительной усмешке. - Трусы! Распустили нюни. Дети у них скоро рождаться перестанут. В пробирках зачинать будут. Чего путного от них ожидать? Они только и могут, что гонориться да красиво говорить. В сущности, все эти продовольственные и другие экспедиции не требуют никакого героизма. Им присуща монотонная отлаженность. Он понял это ещё там, на корабле во время обслуживания, и даже раньше. Дистрофики... Но зато они хорошо знают, что такое Мировое время! В него можно попасть и можно не попасть. Всё зависит от сроков. Осень не простит ошибок или промедлений. Можно взбудоражить всю планету, но что из этого выйдет – неизвестно».

  - Ты, конечно, знаешь, - тихо сказала Алана, что вся Вселенная живёт по единому, общему для всего живого и неживого мира принципу развития. Материя способна сосредотачиваться, скапливаться, расти до гигантских размеров «мать-звёзд» или же рассредоточиваться до ничтожно малых частиц, таких малых, что их даже не в состоянии фиксировать никакие современные приборы. Промежуток времени между пиками полного рассредоточения равен Мировому году. Зима начинается тогда, когда исчезает, нигилирует весь видимый мир. Мы называем этот период в развитии Вселенной «Полем холода».  Вижу, тебе не интересно?

  - Нет-нет, я слушаю.

  - Потом приходит таинственное время весны. начинается рост частичек первовещества. «Урожай» со всего гигантского пространства быстро собирается и объединяется в одно тело. Так из соломинок образуются скирды на хлебных полях. Космос штормит. Поле в этот период приходится не легко. Но для всего растущего во Вселенной отмерена своя граница.

  «Принести Земле надежду на вечность? Но что она даст людям? Лишние хлопоты, изнурительную работу, а в завершение, возможно, гибель. Нет, не стоит идти на поводу у вечности».

  … Во сне вздохнула Алана. Прислушался. Дыхание ровное, тихое.

  Перевернулся на бок.

  «Кому нужен этот сопливый мир будущего? Может, высший смысл любой жизни и заключается в том, чтобы прожить до конца полнокровной, натуральной жизнью и умереть со своей планетой. Отцвести и умереть, как всё в природе. А эти выскочки пусть тянут. Их вечность выйдет им боком. Они задохнутся, как стоячая вода в болоте, и никакой выдуманный «естественный» отбор им не поможет».

  И снова мысль кольнула: «Ты неплохо устроился в этом болоте».

  «Я на стуле. Судьба меня сажает то на один, то на другой стул, я радуюсь и негодую, как ребёнок. Что же делать? Попытаться найти себя настоящего, не зависящего от обстоятельств. Как? Кто, по-твоему, эти люди, приютившие тебя? Только прямо и один раз! Они неглупы и дружелюбны... Пусть так... Им нелегко живётся на своей планете? Да. Но они научились преодолевать многие трудности. Не станешь же ты отрицать, что всему живому свойственно стремление сохранить жизнь? Следовательно, они не такие авантюристы, как ты думаешь? Может, они достойны уважения? Да. Но мне не нравится в них... Как они живут. Но тебе никто не мешает жить так, как ты хочешь. Да. Ну и живи. А Земля? Землянам ты уже подарил вечность. Как?! Твоя наследственная память рассказала о Земле больше, чем о ней знают сами земляне. Это достойный памятник лучшим. Пола живёт в Мировом времени и имеет перспективу вечности. Это великое событие для Земли. Неизвестно, смогли бы сами земляне прийти к мысли о Мировом времени».

  Вздохнул и снова повернулся к Алане. За окном медленно рождалось утро. Он так и не уснул.

  Вспомнилась просторная комната Совета. Там в его адрес было сказано много хороших слов. «Что ни говорите, а мне, человеку со стороны, доверяют. А может, им нужно, чтобы я вернулся? Это будет первая обратная связь. Я даже, кажется, знаю, что им нужно. Им не хватает кого-нибудь напротив».

  Взошло солнце. Ласковое, нежное, какое бывает только здесь, на Поле. Сощурился, глядя в окно.

  «Значит, улететь? Пожалуй... - И опять неприятное приторное чувство. - Улететь - мучить девчонку. Теперь-то от неё не отвяжешься. А здесь останется всё её самое дорогое: брат, память о матери, людях. Кстати, памятник твоей матери тоже здесь. Ты уже привык к её лицу. Оно усталое и в глазах тоска. Правда, в памяти возникает нередко другая женщина, такая знакомая, родная. Но и эта теперь небезразлична. А на Земле её даже не помнят. А твой отец? Почему молчат о нём? Ты должен знать всю правду, какой бы она ни была».

  Лежал некоторое время, бездумно впитывая свет рождающегося утра. Сон готов был смиловаться над ним.

  Зарылся в постель. Но перед глазами возникла Зинаида. Как изменилась, похудела! Лицо почернело, в глазах ожил блеск, ещё тот, досвадебный.

  - Что, привыкаешь? - спросила.

  - Откуда это? - кивнул на палас, и лицо приняло то деловито-хозяйское выражение, которое должно было ясно показать жене, что прибыл, наконец, муж и нужно держать ответ за всё, что она здесь натворила.

  - Мама сильно болела, - тихо сказала жена. - Думала, умрёт. Как-то говорит мне: «Скопила я на похороны, возьми, расходы ведь...» Меня это так рассердило: «Вы лучше не думайте об этом и выздоравливайте», - говорю. И вообще, злая была. Потом ей стало лучше, пошло на поправку: «Забери,- говорит, - доця, те деньги себе на новую квартиру, что-нибудь купите. А поховать меня, правда, и так поховаете».

  Что-то сжалось в груди у Зорьки. Он противился, злился, но ничего поделать с собой не мог.

  - Ну, что ты, что ты, - подступила к нему жена и тихо обняла, прижала к себе.

  - А помнишь, как мы с тобой познакомились? - спросила неожиданно.

  - Как?

  - Неужели не помнишь?.. Ты сидел и колол дрова - в мастерской топить. А я шла мимо, и мне смешно стало. Ты чего, спрашиваю, дрова сидя колешь? А ты спокойно отвечаешь: «Пробовал лёжа, не получается». Она хохотнула, и оба рассмеялись. Зорька размазал по щекам слёзы и сквозь искорки от солнечного света посмотрел на жену.

  «А всё-таки жить на Земле хорошо, - подумал неожиданно и сам удивился этой своей мысли. - Хорошо-то, хорошо, а чего хорошего?».

 

  Алана отдыхала, ощущая рядом его тепло, Зорька в мыслях был далеко. Сознание пульсировало, как родничок, затихая. Приходилось контролировать своё состояние. Да и чем помочь?..

  Источник иссяк и, наконец, умолк. Тихо проснулась. Улыбка осветила её лицо.

  Какой-то внутренний слух заставил насторожиться.

  «Продолжаем цикл заключительных консультаций. Ведущий генетик!»

  Лицо Аланы стало серьёзным.

  «Уважаемые члены Совета! Предпринятый нами эксперимент заканчивается. Уже сейчас можно вести разговор о снятии ряда запретов, направленных на ужесточение основ естественного отбора у жителей Жёлтого сектора. Постепенно будет восстановлен генный запас у жителей всей Полы. Источник такого фантастического здоровья обусловлен расовым разнообразием землян. Наш гость родом из центра так называемой Европы. Создается впечатление, что природа специально здесь вымешивала своеобразное тесто... Сколько народов, народностей! Это настоящий хлеб Вселенной».

  «Пола благодарит тебя. Психолог по контактам!»

  «Уважаемые члены Совета! Земля - удивительная планета, населённая разумными существами. Зорька, как и его соплеменники, наделён высочайшими умственными способностями. Его разум способен синтезировать точное научное с абстрактным воображаемого, и это абстрактное, как ни пародоксально, приводит к гибким умозаключениям, к новому научному качеству. Вот почему познавательные возможности землян грандиозны, а планета, на которой они живут, получила у наших учёных прозвище «поэтической».

  Однако такая природа земного ума привела его к особой форме сознания, когда индивидуум свободно осваивает передовые идеи, ясно видит недостатки других и легко не замечает своих, скрывая их завесой правдоподобных мотивировок. Пародоксально также явление, когда землянин может проповедовать или исповедовать передовые идеи времени, практически на деле повседневно пренебрегая ими, живя по иным принципам, нередко активно регрессируя в своём развитии.

  Наш гость смог за короткий срок познать абсолютно новый для себя мир, дошёл до поразительных тонкостей, до философского подхода к некоторым проблемам, однако сознание его остаётся практически на прежней отметке. Мне, преднамеренно спустившемуся до уровня Зорьки, чтобы создать комфорт его пребывания на Поле, пришлось испытать на себе всю затхлость, всю ограниченность этого мира. И тут ещё раз поражаешься поэтичности землян. Этой неувядающей силе, которая у них в крови и которая им помогает держаться.

  Зорька – человек, из ночи вышедший, а в день не попавший. В этих сумерках предрассветной поры проходит его жизнь не человека, а животного».

  «Спасибо. Доклад медицинского центра!».

  «Уважаемые члены Совета! Сила земной жизни действительно поражает воображение (здесь мне хорошо понятна инициатива наших девушек), однако, говоря земным языком, хранится она в решете. Исследованиями установлено, что организм землян, приблизительно, как и наш, рассчитан на триста-четыреста лет активной жизнедеятельности. Однако гость смог бы прожить в лучшем случае ещё сорок. Даже кардинальное вмешательство современной науки оставляет надежду лишь на сто - сто двадцать лет. Всё это - следствие примитивного образа жизни, низкого уровня сознания, пренебрежение разумным.

  Исследования показали: более девяноста процентов всей деятельности землян направлено на создание условий жизни, и лишь малая часть устремлена на простейшую духовную работу. Мыслительные способности высокие, однако постоянное практическое неиспользование их приводит к частичной атрофии. Почти отсутствует человеческая работа. Нет системы самосовершенствования и самопознания. Ценятся и признаются только материально-накопительная функция, физическое здоровье, сила. Борьба - основа движения, жизненного уклада. Объект классифицируется, и тут я полностью согласен с молодым коллегой, как общественное животное.

  Неоспоримо, что Земля дала нам новую силу жизни и было бы в высшей степени справедливо ответить ей тем же. Однако предварительные данные свидетельствуют: искусственная перестройка сознания землян займёт времени значительно больше, чем таковое имеется. Выход один: земное Человечество должно самостоятельно прийти к мысли о Мировом времени и новых формах жизни. Зная способности этих существ, можно надеяться, что такой естественный сдвиг сознания в качественную сторону произойдёт при определённых условиях в значительно меньшие сроки, чем если бы он осуществлялся искусственно. У них есть шансы на прорыв.

  Сложнее проблема «гостя». В данном случае мы практически в тупике. Я предлагаю положиться на интуицию женщины, хотя безопасность человеческого общества, человеческая Память и ответственность перед будущим обязывает нас быть предельно принципиальными...»

 

  За верандой бушевало море. Сквозь сон Зорька слышал, как оно набегало на берег и с шумом скатывалось назад. Во дворе кудахтали куры. Послышался сварливый голос Зинкиной матери.

  «Разговор о вечности, - усмехнулся. - Особенно этот куриный переполох по поводу снесённого яйца...».

  Солнечный лучик коснулся лица, заставил вздрогнуть. Но открывать глаза не хотелось. «Интересно досмотреть», - подумал о Поле.

  Чьи-то шаги... Локон волос коснулся щеки, горячий поцелуй обжёг кожу.

  Открыл глаза. На стенах комнаты ещё плескалось море, было слышно кудахтанье кур, но всё это уже медленно пропадало.

  Резко повернул голову. Алана стояла в розовой тунике - праздничная, особенная.

  - Светлое небо, любимый. У меня хорошая новость. Светлейший пригласил тебя на остров.

  Короткого взгляда Зорьке было достаточно, чтобы понять: произошло что-то из ряда вон выходящее. Возможно, получить такое приглашение – немыслимое событие, и это теперь меняло всю его жизнь.

  Дальше все было обставлено торжественно: гравитанка доставила его на Сказочный в считанные минуты. Пилот в парадной форме вежливо поклонился.

  - Вам нужно идти прямо по этой тропе, - сказал он и отсалютовал Землянину.

  Зорька двинулся в указанном направлении, с удивлением рассматривая несвойственной жилой зоне дикий пейзаж. Вскоре остановился растерянно в сплошных зарослях.

  - Проходите сюда, - послышался мягкий голос, и Зорька, встрепенувшись, увидел сидящего под деревом человека.

  Свободная туника, крепкое мускулистое тело. Глаза излучают особую энергию. В позе спокойствие и непринужденность.

  - Спасибо! – пробормотал Зорька.

  - Мне хотелось поговорить с вами. Как вы оцениваете свою теперешнюю ситуацию?

  - Я везучий, - ответил Зорька, наблюдая как незнакомец машинально жует травинку.

  - Возможно… И вас ждут на Земле.

  - Мне здесь тоже нравится, - попытался быть вежливым.

  - Здесь тупик цивилизации. Вы это интуитивно уже почувствовали. Хотите увидеть свой дом? Закройте глаза.

  Зорька закрыл глаза и ощутил особый аромат, исходивший от тела приблизившегося к нему незнакомца. Кончики пальцев коснулись его рук, и по ним прошел трепет.

  И вдруг он стал зрячим с закрытыми глазами. Абсолютно четкая и яркая картина: родной город, знакомая улица, дом, в котором у него теперь была квартира. Третий этаж… Выше, выше... Застыл в изумлении: в зале, на знакомом паласе играет мальчик. С кухни доносятся знакомые звуки. Зинка готовит обед. Странно, но находился Зорька как бы под самым потолком и наблюдал все это с высоты своей квартиры.

  - Это ваш сын, - отчетливо сказал голос. – Она до сих пор ждет вас.

  Зорька онемел. Душа больно сжалась.

  - Помогите, - пропищал жалобно, не совсем понимая, о чем просит.

  - С радостью.

  Что-то с силой встряхнуло его, стукнувшись слегка о потолок, он резко пошел вниз и рухнул на собственный палас, довольно больно зашибив коленку.

  Мальчик испуганно вскочил и с удивлением смотрел на незнакомого человека. Зорька на некоторое время совсем потерялся, не имея возможности ни что-то говорить, ни что-то думать. Перед глазами снова заросли острова и улыбка хозяина, прощальная и доброжелательная, от которой защемило сердце. Но зрение уже вернулось, и он увидел испуганного ребенка и услышал приближающийся голос жены, такой родной, такой долгожданный:

  - Ты что тут уронил, проказник?!.